Приняв с утра антигистаминный препарат и брызнув в нос спрей, автор этого материала направился в Республиканскую клиническую больницу им. А. В. Вишневского на интервью с заведующей отделением аллергологии и иммунологии Зухрой Атаевой. В Дагестане, сообщила Атаева, количество аллергиков умеренно растет, но в основном не за счет сезонной пыльцы. Число пациентов увеличивается с ростом ассортимента на прилавках…
— Можете ли вы сказать, что Дагестан в этом году столкнулся с серьезной вспышкой сезонной аллергии?
— Нет. Дагестан давно сталкивается с сезонной аллергией — поллинозом. Еще ее называют пыльцевой аллергией, аллергией на пыльцу сорных трав. На Северном Кавказе цветет мощный аллерген — амброзия. Это беда для всех, кто здесь живет.
— Сезонная аллергия в Дагестане связана исключительно с амброзией?
— Чаще всего в Дагестане и в целом на Северном Кавказе встречается амброзия, полынь и лебеда. В основном сезонная аллергия — это реакция на эти сорные травы. А в Центральной России распространен так называемый деревянный поллиноз. Это разговорное название сезонной аллергии на пыльцу деревьев. У них эти сорные травы не растут, поэтому там больше аллергий на березу, клен, ольху. То есть в Центральной России один поллиноз, у нас — другой.
— А с какого года в Дагестане обострилась ситуация с поллинозом?
— Она давно была. Наше отделение открыто с 1985 года. Я могу судить начиная с этого периода. Но не могу сказать, что количество больных в 2–3 раза больше стало. Практически на одном уровне держится.
Красивые продукты
— Вы сказали, что с 1985 года количество больных держится на одном уровне. И вы не считаете, что в Дагестане случилась серьезная вспышка сезонной аллергии. Как тогда объяснить, что с каждым годом аллергиков вокруг все больше и больше? Может, сорных растений становится больше?
— Я не могу сказать точно, что аллергиков на амброзию стало больше, и не могу утверждать, что сорных растений становится больше, но аллергиков в целом действительно становится больше. То, что мы видим вокруг — это, может быть, не поллиноз, а несезонный аллергический ринит. Аллергический ринит может возникнуть на что угодно: на стиральный порошок, парфюм, пыль, шерсть животных, пищевые продукты. Аллергий, не связанных с сорными травами, становится больше: растет число крапивниц, лекарственных и пищевых аллергий. Раньше продукты были более натуральными, согласитесь, а сейчас в них очень много ГМО и всевозможных добавок — усилителей вкуса, ароматизаторов. То же самое происходит с парфюмерией. Если раньше она составлялась из нескольких компонентов, то сейчас — из большого количества компонентов, которые могут вызвать аллергию.
— Мы выяснили, что количество людей с поллинозом, по вашим наблюдениям, сохраняется примерно на одном уровне, а количество реакций на препараты и продукты питания увеличивается…
— Да, потому что расширился ассортимент и препаратов, и продуктов питания. Зайдите в магазин — так много красивых продуктов, всех цветов. В них и синтетические красители, и усилители вкуса. Это тоже аллергены. Раньше у нас не было такого разнообразия морепродуктов, никто не знал, что такое роллы и суши, а ведь это сильные аллергены.
— Надо на всю жизнь исключить?
— Да. При пищевой аллергии нет никаких методов лечения, после которых пациент мог бы есть все, что захочет. Первое, что нужно при пищевой аллергии, — элиминация, то есть полное устранение аллергена.
У нас недавно лежал парень, который знает, что у него аллергия на креветку, но он поел их и попал в реанимацию. Анафилактический шок — это жизнеугрожающее состояние, которое за секунды может закончиться летальным исходом. Выводить из него тяжело.
Поэтому этим пациентам мы объясняем: вы должны всегда носить с собой в сумке памятку с надписью: «При потере сознания прошу срочно ввести такой-то препарат». Препарат должен лежать в сумке. Чтобы не терять время, рекомендуется, чтобы пациент, как только почувствует начало приступа, сам ввел препарат даже через одежду.
— Как часто сталкиваетесь с анафилактическим шоком?
— В месяц пару случаев бывает, чаще летом из-за укусов насекомых — инсектная аллергия.
Неосторожные инъекции
— Вы упомянули косметологию.
— Имею в виду, что рынок косметологических услуг сильно расширился, косметологических вмешательств очень много. Появляются новые препараты для подкожных инъекций. Соответственно, увеличилось количество аллергических реакций, связанных с индустрией красоты.
— Расскажите об одном из случаев из вашей практики, связанном с косметологией.
— У меня лежала пациентка, очень тяжелая была. Она пришла к нам после ботокса и еще одного препарата, который дополнительно ввели. Ей сказали: «Вот этот препарат остался, что мы его будем выкидывать, давайте его тоже вам вколем…» Пациентка согласилась. После этого у нее случился отек гортани, она голову повернуть не могла — все мышцы застыли из-за ботулотоксина. Мы ее в реанимацию уложили. Очень долго выхаживали.
— Какой совет вы дадите женщинам, чтобы их визит к косметологу прошел безопасно?
— Во-первых, минимизировать сами процедуры. Не усердствовать излишне. Во-вторых, человек должен знать свой семейный анамнез: если у родителей, братьев или сестер была аллергия, то и у этой женщины есть вероятность развития аллергической реакции. И никто не может заранее сказать, появится она или нет. Поэтому главный совет — максимально ограничивать количество вмешательств.
Пять лет
— Что делать? Как избавиться от аллергии, от этого ежегодного мучения?
— Сначала надо выяснить, на что именно возникла аллергия. Если выявится, что у вас аллергия, например, на амброзию, то я советую провести аллерген-специфическую иммунотерапию — АСИТ. Это такой метод лечения, когда аллерген, в данном случае экстракт пыльцы амброзии, вводится в организм для того, чтобы организм привык к нему. Мы приучаем организм воспринимать этот аллерген не как врага, а как безопасное вещество. В России этот метод работает еще с 1911 года. Это наиболее эффективный метод лечения аллергии. Самый эффективный. Признанный во всем мире.
— Когда вы предлагаете людям ввести экстракт, они не начинают отказываться, строить предположения относительно возможного вреда для здоровья, как это часто бывает при вакцинации?
Потому что АСИТ напоминает вакцину.
— Вакцина работает на предупреждение болезни, а АСИТ — это введение препарата при уже имеющейся проблеме со здоровьем. Этот метод борется уже с самой болезнью, а не предупреждает ее. А в дальнейшем, после полноценного курса лечения, АСИТ работает и на предупреждение. Часто пациенты на долгие годы могут забыть об аллергии, а по возвращении она проявляется в более мягкой форме. Тогда можно повторить курс. Некоторым везет больше — они навсегда избавляются от аллергии. Такого недоверия, как к вакцинам, к АСИТ нет, потому что пациенты видят эффект, им становится лучше.
— Как проходит АСИТ? Курс сколько длится?
— Если мы говорим об аллергии на сорные травы, давайте снова амброзию возьмем, то аллергия на нее начинается с августа и продолжается до октября. Это период цветения. Начинать АСИТ нужно в зимнее время, с декабря. В декабре, январе или феврале человек должен прийти к нам, лечь в отделение на 7–8 дней и находиться в первые дни под наблюдением. В стационаре мы постепенно увеличиваем количество аллергена до тех пор, пока не дойдем до максимальной дозы, которую организм способен перенести, не выдавая бурных реакций.
То есть в стенах больницы мы два раза в день ставим уколы, доводя лечение до поддерживающей дозы, и выписываем домой. Потом по графику — поддерживающая терапия: один раз в 8–10 дней до начала цветения пациент, даже если он живет в Южно-Сухокумске, должен приходить на уколы. Курс длительный. Такое лечение должны проводить в течение 5 лет.
Это называется специфическая терапия, то есть направленная на основной фактор, вызывающий аллергию. Но есть еще симптоматическое лечение —терапия, которая снимает симптомы. Она включает антигистаминные препараты, спреи в нос и т. д. Ее проводят в летний период, когда все симптомы появляются.
— Вы сказали, что АСИТ — самое лучшее средство в борьбе с аллергией. А насколько хорошо помогает эта терапия? Можно навсегда избавиться от поллиноза?
— Полное исчезновение аллергии возможно, на всю жизнь. Но в подавляющем большинстве случаев — это длительная ремиссия на 8–10 лет. Организм полностью приспособится к аллергии. Если через 8 лет, допустим, симптомы опять возобновятся, то требуется повторное лечение в течение 5 лет.
— А был ли рецидив по прошествии 5 или 2 лет? В течение 5 лет терапию проводили, а через 2 года вот случился рецидив?
— Может быть такое, но уже не в такой сильной форме.
Небольшие симптомы могут быть.
Без пропуска
— Сколько людей за год получают такую терапию?
— Примерно 70–80 больных в год. Но наши люди не столь дисциплинированы. Видят результат после первого курса, им хорошо, и они перестают ходить. Но пропускать лечение нельзя. Все эти 5 лет, не прерываясь, пациент должен приходить на лечение. Если, допустим, он 2 года ходил, 3 пропустил и пришел на 4 год, мы начинаем с нуля, как будто первый год он получает.
— Многие из пациентов не дисциплинированы в этом плане?
— Нет, единицы. Таких мало.
— В каких муниципалитетах Дагестана больше всего аллергиков?
— К нам чаще всего приходят из Буйнакского района. Я вот на это обратила внимание еще с начала своей трудовой деятельности, с 80-х годов.
— Сколько человек в год проходит через ваш стационар?
— В год мы выписываем 1300, 1400 человек. Но в поликлинике их бывает больше, естественно, намного больше. Человек 15, 20, 25 на приеме в день может быть.
Голову не забывайте…
— Какие народные методы лечения, приводившие к критическим случаям, вам запомнились? Насколько среди дагестанцев распространено самолечение при аллергии, народная медицина?
— У нас был пациент с тяжелой аллергией. Его братья под ручки принесли. Он обратился в частную клинику, где ему назначили клизмы и обтирание медом. И, конечно, у него все это усилилось. Восемь раз в день делали ему клизмы.Это было давно, до ковида.
— Это был самый вопиющий для вас случай?
— Да. Как можно при аллергии назначать протирание медом?!
— После с подобным самолечением вы не сталкивались?
— Нет. Я же говорю, сейчас информации много, они уже знают.
— Есть антигистаминные препараты первого и второго поколения. Чем они отличаются? Какие лучше?
— Первого поколения это, например, «Супрастин», «Димедрол», «Тавегил». Они вызывают сонливость, нейролептически тоже действуют. Тем, кто за рулем, их категорически нельзя принимать. Препараты второго поколения не обладают этим действием. Но индивидуально — все может быть, бывают случаи, когда они вызывают легкое седативное состояние. При назначении препаратов второго поколения мы все равно предупреждаем больных о возможной сонливости.
— А вы сами чаще какие препараты назначаете? Первого или второго поколения?
— Второго. Побочных эффектов значительно меньше и эффективность лучше. В общем, сейчас очень много хороших антигистаминных препаратов.
— Если человек выйдет в медицинской маске в сезон пыльцы, это его спасет?
— Если он выйдет в дождливую погоду — спасет, а в ветреную пыльца все равно просочится в нос через материал, с боков.
Вообще, если человек с сезонной аллергией вышел на улицу в период цветения, придя домой, он должен полностью искупаться. Нельзя просто тело помыть, а голову оставить. Пыльца же и в волосах оседает. Человек ложится спать, пыльца с волос попадает на подушку, а с подушки — снова в нос, и аллергический механизм запускается заново.
— Как вести себя в быту? Пыль протирать постоянно?
— Делать влажную уборку обязательно, ежедневно протирать оконные сетки, не открывать окна в ветреную погоду. Выходить в головном уборе, в любом случае лучше ходить в маске — двойной слой.
— Есть в Дагестане места благоприятные для аллергиков, куда вы на время сезонной аллергии советуете уехать? Или, может, в другой регион советуете? Мне, например, как аллергику родственники иногда советуют уехать на время цветения.
— Люди, которые приезжают к нам из районов, в Махачкале меньше страдают. В северных регионах не страдают поллинозом, там нет этих сорных трав. Легко сказать аллергикам «уезжайте из Дагестана», но надо же понимать, что бросить работу, дом и уехать на Север нелегко. Обыкновенный человек, с небольшим заработком не сможет себе этого позволить. Мы говорим: «Желательно поменять климат, если у вас есть возможность». Если нет — уже даем реальные рекомендации, как себя вести здесь и какое пройти лечение, чтобы меньше страдать.
Амина Магомедова