Культура

Пироги с вишней и другая прелесть

Н. С.

Не выдавай меня, волна,

Злым одеяниям тревоги,

Блеснувшие в Куре пироги

Плывут, скрывая имена.

Письмо для утренней горы

Лежит с ключом под половицей,

И в красном кирпиче пробиты

Для Дома переводов три окна.

Шаги на бег, а слово к песне,

У перехода книги в ряд,

В овальном зеркале вместился

Мтацминды черепичный джаз.

Сорвутся струны контрабаса

В вечерние стрижи-смычки,

В саду лунарии запахли,

А у Наташи — пироги.

Да, в июне лунники уже повисают слюдяными дисками, а в тот апрельский день они покрывали лужок перед домом Ирины Санадзе сиреневым цветом. Над ними распростёрлись цветущие ветви деревьев, и завершало картину — святое семейство на веранде: сёстры, братья, мамы, бабушки, тёти и один на всех дедушка Гиви. Сегодня он пожаловал без сыновей, но со своей супругой Дореджан (старшая сестра Ирины) и внуками. Гостей порядочно заждались. Чувствую свою вину, мы звонили и извинялись, торопили таксиста, снова звонили, уточняя адрес.

Дом №28 на Давида Гареджели вновь и вновь потрясает нас своим гостеприимством. Белая скатерть заставлена едой. Пироги разрезаны, чай подан. Чай купеческий, тот самый, что требовала душа. Наташа, дочь Ирины, постаралась на славу. Вишнёвая начинка — тонкое тесто. Вот она где под горою — вишня, а я искал её по четвергам у Георгия Гарунова. А ещё, для гурманов, на столе творожник. Он режется Наташей персонально для каждого «Эх, раз, да еще раз / да еще много-много-много раз».

Только не подумай, дорогой читатель, что в дом на Давида Гареджели мы приезжаем исключительно поесть. Блюда здесь готовят отменные, и если бы я постигал секреты грузинской кухни, то в первую очередь обратился бы к Ирине Санадзе, но нет, здесь есть другое, присутствие в доме более важного и глубокого. Как тонко и мудро в семье воспитывают своих детей — на поэзии, музыке, живописи, песнях.

В тот вечер песня зазвучала тихо, не по заказу, в самый разгар чайной церемонии из соседней комнаты. Внучка Анна, будущий архитектор, а капелла исполняла английскую песенку. Английской она казалась вначале, а когда мы гуськом потянулись на голос и перестали болтать, стали слышны совсем другие мотивы. Что-то в песне указывало на соседний изумрудный остров. Анечка потом сказала, что это традиционная ирландская и шотландская песня «The Parting Glass».

Только спустя месяц я узнал, что эту песню поют в конце вечеринки, когда прощаются с друзьями и наливают «Прощальный бокал».

Справка:

Эта грустная и, в то же время, воодушевляющая песня была известна еще в начале семнадцатого столетия. Автор «The Parting Glass» неизвестен, поэтому композиция считается народной. Ее текст частично используется в прощальном стихотворении «Armstrong’s Goodnight». Оно было написано в 1605 году одним из Армстронгов, осужденных за убийство.

clancy_bros-1024x792.png

В конце восемнадцатого века песню часто издавали в печатном виде, и многие копии той поры сохранились в различных библиотеках. Нередко композицию называли «Goodnight and Joy Be with You All» (по последней строчке куплетов). Первой книгой, в которой упоминается «The Parting Glass», стала «Scots Musical Museum», датируемая 1803 годом. Позже шотландский скрипач Нил Гоу опубликовал ноты, подписав их таким комментарием: «Эта мелодия играется в конце всех праздничных танцев по всей Шотландии».

Толковать смысл песни «The Parting Glass» каждый волен по-своему, хотя очевидно, что она исполняется от лица компанейского мужчины, который вынужден – в силу неизвестных обстоятельств – уехать и оставить друзей.

Современная история «The Parting Glass» успешно развивается благодаря фолк-группе «The Clancy Brothers». Их вариант песни вошел в альбом «Come Fill You Glass with Us» (1959), состоящий из ирландских застольных песен.

Of all the money e’er I had,

I spent it in good company.

And all the harm I’ve ever done,

Alas! it was to none but me.

And all I’ve done for want of wit

To mem’ry now I can’t recall

So fill to me the parting glass

Good night and joy be with you all.

Все деньги, что были у меня,

Я потратил в доброй компании.

А весь вред, что я принес,

Увы, обратился лишь против меня.

И все, что по глупости я сотворил,

Теперь уже и не припомню.

Так налейте мне бокал на посошок,

Спокойной ночи и веселья всем.

Oh, all the comrades e’er I had,

They’re sorry for my going away,

And all the sweethearts e’er I had,

They’d wish me one more day to stay,

But since it falls unto my lot,

That I should rise and you should not,

I gently rise and softly call,

That I should go and you should not,

Good night and joy be with you all.

О, все мои друзья

Сожалеют, что я уезжаю,

А все мои возлюбленные

Хотят, чтобы я остался

еще хоть на денек.

Но раз уж мне выпал жребий

Уходить, а вам оставаться,

Я спокойно встану и тихо заявлю,

Что мне нужно идти, а вам нет.

Спокойной ночи и веселья всем.

A man may drink and not be drunk,

A man may fight and not be slain,

A man may court a pretty girl,

And perhaps be welcomed back again,

But since it has so ought to be,

By a time to rise and a time to fall,

Come fill to me the parting glass,

Goodnight and joy be with you all,

Goodnight and joy be with you all.

Мужчина может пить и не пьянеть,

Мужчина может сражаться

и уцелеть,

Мужчина может ухаживать

за прелестной девушкой,

И его, возможно,

будут с нетерпением

ждать назад.

Но раз уж сужден

Временами подниматься

и временами падать,

Давайте, налейте мне бокал

на посошок.

Спокойной ночи и веселья всем.

Спокойной ночи и веселья всем.

Марат Гаджиев 

Просмотров: 0