Чуть больше двух лет назад народная артистка Дагестана Асият Тлекова буквально в один день собралась и уехала жить из Махачкалы в Москву.
Хотя она утверждает, что переехала в столицу ради маленькой дочурки, я думаю, она немного лукавит. Просто у человека наступает какой-то период взросления, и он, чтобы не топтаться на месте, решает круто изменить свою судьбу. Наверняка были и другие задумки, планы, когда она решила перестроить себя.
Когда слушаешь рассказ Асият, невольно приходишь к выводу: всё в этой жизни беспроблемно и легко. Я тоже такого мнения, но всё же есть подводные камни, о которых не всякий станет рассказывать другому.
Ася с большой благодарностью отзывается не только о махачкалинцах, но и о ногайцах, которые научили её петь, полюбить фольклор. Особенно она просила через газету поблагодарить коллектив ресторана «Викинг», где пропела десять лет.
В Москве все её жилищные и рабочие моменты решились буквально в первые же дни приезда. Да, за квартиру она платит 30 тысяч рублей ежемесячно, но не ахает и не стонет. Район замечательный, кругом лес, вокруг новых домов спортивные площадки, где она вместе с дочерью Шахри укрепляет здоровье.
Она перестала носить обувь на высоких каблуках (в Москве это непозволительная роскошь), одевается проще, много занимается самообразованием, посещает театры, лекции, поёт на благотворительных концертах. Ногайская община во главе с Арсланбеком Султанбековым, Ринатом Джанибековым и Исламом Сатыровым часто помогает тяжелобольным людям, которым необходимы дорогостоящие операции, и подключают её к своим мероприятиям.
А вообще, в Москве дагестанцы без помощи не остаются. Я встретилась с Камалдином Саидовым, заместителем руководителя Ассоциации «Молодежь Дагестана», который знает о проблемах молодежи, особенно студенческой, проживающей в столице, не понаслышке. Но об этом в следующей статье.
— Мир музыки я познала в Махачкале, — с особым чувством благодарности делится мыслями Асият. – Там другой темперамент, иная страсть, особое отношение к музыке. А в Москве люди тянутся к классике. Поэтому я сейчас занимаюсь джазом.
Да, тут меньше солнца, люди почти не смеются, поэтому стараюсь общаться в основном с дагестанцами.
Но есть большие плюсы: себя найти тут намного легче, нежели на Кавказе. Работы столько, что всё хочется перепробовать. И деньги легко заработать. Поэтому и едут люди со всей России в Москву.
Мои знакомые учителя устроились в детские сады воспитателями и трудятся по две смены, получают почти 80 тысяч рублей. Есть у них один нюанс. Чем больше детей посещают детский сад, не болеют, не отпрашиваются, тем выше у воспитателей и зарплата, поэтому они из кожи вон лезут, чтобы посещаемость была стопроцентная. Многие даже сами отводят детей по домам. И учительская зарплата в школах от 50 до 100 тысяч рублей. И не сказала бы я, что они сильно перетруждаются, дают такие же знания, что и в Дагестане. Становится обидно за дагестанских учителей, отдающих всю душу детям, но не получающих нормальной зарплаты.
Меня часто приглашают выступать на свадьбах, торжествах, я не отказываюсь, даже летаю на Север. Приезжаю оттуда с хорошими деньгами.
Ася Тлекова готовит в основном дагестанские блюда. Пока мы разговаривали в её уютной и красивой кухне, она успела приготовить хинкал, тесто раскатала такое тонюсенькое, что в него, как сквозь стекло, видно всё. А мясо ей прислали из Дагестана родные.
Она очень мало спит. Раньше это была вынужденная мера — пела в Махачкале в ресторане, приходила оттуда поздно, а Шахри нужно было вести в сад к восьми часам. Приходилось рано вставать, чтобы заплести дочери косы, накормить завтраком. Но и в Москве эта привычка сохранилась. Ложится очень поздно, а встает рано. С дочерью занимается в полную силу.
Задумали учителя провести конкурс «Ищем таланты», Ася с Шахри приготовили прекрасный номер. Выступили так, что теперь вся школа знает, кто такая Асият Тлекова.
Пришла как-то дочь из школы и просит мать помочь подготовить проект «Шестидесятые годы». Ася два дня готовила студень, научила дочь делать начёс на голове, сшили платье, что носили модницы в шестидесятые годы прошлого века, выучили песню тех лет.
— Членам жюри больше всего холодец наш понравился, — смеется от души Ася. – Видимо, голодные, им не до нарядов было. А я на студень теперь смотреть не могу. Так долго и муторно я с ним возилась.
Есть здесь и минусы. Дискриминация. Учительница Шахри больше внимания уделяет коренным москвичам, к приезжим проявляет прохладное отношение. Это я не с обидой говорю, а просто констатирую факт. К примеру, выбирают командиров для участия в различных состязаниях и конкурсах, обязательно выберут одного и того же ученика, но никогда приезжего ребёнка.
Я учу свою дочь делать выводы и не обижаться. Учу завоёвывать авторитет, везде участвовать, не злиться, не кусаться, не замыкаться в себе. И всё у нас прекрасно получается.
Мы здесь научились кататься на лыжах и коньках, много читаем, рисуем, изобретаем. Конечно, нам моря не хватает, но человеку всегда чего-то не хватает…
Вера ЛЬВОВА, фото автора
