За многолетнюю практику доктора наук, первого сексолога в истории дагестанской медицины профессора Ахмеда Азизова накопилось множество счастливых и грустных историй. Это целая сокровищница человеческой любви и боли, радостей и страданий, болезней и выздоровления, супружеской заботы и эгоизма.
Ошибки других людей могут оказаться полезны для широкого круга читателей, которые учтут этот опыт в своей семейной и интимной жизни. Вот почему мы предлагаем несколько историй вашему вниманию.
Доктор Азизов тщательно соблюдает врачебную этику: имена пациентов в интервью изменены, как и отдельные обстоятельства их жизни (чтобы по деталям их не узнали близкие родственники и друзья).
Тимур, 52 года
— Дорожный попутчик узнал во мне врача, который когда-то помог ему, тогда молодому человеку, преодолеть неприятное заболевание.
Сейчас это уже был, как у нас выражаются, «взрослый» мужчина, с заметной проседью в темных волосах и с первыми морщинами на загорелом лице.
Он признался мне, что уже после выздоровления стал участником печальной истории, которая до сих пор не дает ему покоя. Я приготовился выслушать его рассказ…
Тимур относительно рано женился на дальней родственнице, инициаторами брака были тети и бабушки с обеих сторон. Отец знал, как он мечтает о дорогом автомобиле марки BMW, и к свадьбе преподнес ему этот подарок. Ну, или точнее, внес значительную лепту: Тимуру для новой покупки пришлось продать свою «Ладу».
Супруга, родив ребенка, сосредоточилась на уходе за младенцем, а Тимур, рассекая по городским улицам на новом автомобиле, то ездил на встречи с друзьями, то подкатывал к симпатичным девушкам на тротуарах, предлагая подвезти.
Дорогое авто, дорогие наручные часы, стильные солнцезащитные очки — некоторые девушки с улыбкой реагировали на этот набор и принимали приглашение молодого водителя. Далее события разворачивались по-разному: многое зависело от того, как сложится разговор в пути, какое впечатление водитель и пассажирка произведут друг на друга в общении и так далее.
Однажды он навещал своего юного приятеля в одном из учебных заведений и встретил там милую студентку, которая произвела на него очень сильное впечатление. Она не соответствовала привычному образу его пассажирок: ни яркого макияжа, ни соблазнительных нарядов. Но длинная юбка и блузка с длинными рукавами не скрывали привлекательного личика и подтянутой стройной фигурки.
Охота на Наргиз
На попытки ухаживаний она отреагировала холодно: «Красавица, пойдем кофе попьем» — «Я кофе не пью» — «Хорошо, закажешь сама что хочешь» — «Ничего не хочу».
Еще несколько попыток — и снова «нет». Давить дальше было рискованно: Наргиз (так ее звали) могла поднять шум, вызвать охранника… Тимур отступил, но уже приметил ее для себя — и с интересом поглядывал в сторону девушки, приезжая к товарищу в это учебное заведение.
Через пару недель он встретил ее на улице, с подругой-однокурсницей. (Его уже знали на факультете как приятеля Русика.) Он предложил обеим девушкам развезти их по домам. Наргиз снова хотела уклониться, но подруга не видела в поездке со знакомым парнем никаких угроз и уговорила проехаться.
Тимур выбрал такой маршрут, чтобы сначала отвезти до нужного места подругу. А затем объездным путем, подольше оставаясь вместе, повез Наргиз. Она неохотно отвечала на его вопросы, и он стал просто рассказывать старые анекдоты, выдавая их за смешные случаи из своей жизни.
На третий из них Наргиз отреагировала веселым смехом. В ледяной крепости явно обозначилось потепление, и оставшуюся часть пути они уже оживленно общались. Опасаясь снова напугать ее, он вел себя более-менее «в рамках», но, доставив девушку домой (она, уроженка села, жила в городе у тети), попросил номер ее телефона. И получил его.
Дальше последовали переписки, телефонные беседы и новые встречи. Невинная девушка, без какого-либо романтического опыта, все больше проникалась симпатией к молодому ухажеру, а позднее по уши влюбилась в него. Границы общения вскоре значительно раздвинулись: за откровенными беседами наметились первые прикосновения, все более с его стороны настойчивые.
Еще примерно через месяц он в порыве страсти вывез девушку для уединенного общения за город — в безлюдные заросли Талгинского леса. К тому времени она рассматривала его как будущего жениха — если не официального, то фактического. Да и ее чувство яркой влюбленности не способствовало трезвой оценке ситуации: она исходила из того, что так или иначе их отношения ведут к браку.
Дескать, а как иначе, если люди так любят друг друга?
Операция «Измена»
О том, что очень даже бывает «иначе», Наргиз не задумывалась. О том, что Тимур женат, не знала. Об отсутствии у него супружеских (в отношении нее) планов даже не подозревала.
К осени она уже начала чувствительно обременять его. Уклоняться от прямых ответов на ее вопросы об их совместном будущем становилось сложнее. Ее влюбленность и тесная привязанность к нему уже не волновала и не воодушевляла его. Ежедневные звонки и ожидания свиданий тяготили. Вновь и вновь подстраивать свой график дня под очередные встречи с «любимой» (которых она очень ждала) становилось все более утомительно.
Ведь в его жизни присутствовали также семья, работа, друзья, автопрогулки, какие-то хобби — и места для Наргиз, связью с которой он пресытился, оставалось все меньше…
Словом, Тимур уже всерьез подумывал, как наконец сбросить этот надоевший «балласт».
И не придумал ничего лучше операции «Измена» — решив передать ее в другие руки.
Для этого была организована встреча у его приятеля, на которую якобы не пришла еще одна девушка. И они втроем выпили там вина, причем Наргиз попробовала алкоголь впервые в жизни. А Тимур вскоре ушел, сославшись на срочные дела и обещая позднее вернуться за девушкой…
Он не выходил на связь с ней ни в этот, ни в следующий день. Она тоже не звонила и не писала.
Приятель на его вопросы ответил, что «передача девушки» фактически не состоялась: осознав даже не в очень трезвом состоянии, что посторонний молодой человек остался с ней наедине и активно к ней «лезет», Наргиз раскричалась, расплакалась и быстро ушла, даже не став слушать его ласковых обещаний долгой любви.
При этом она явно догадалась о происходящем, потому что резкие грубости из ее уст прозвучали в адрес как приятеля-«сменщика», так и самого Тимура.
Ничего, кроме воспоминаний…
Спустя несколько дней Тимур попробовал встретить ее у учебного заведения, чтобы объясниться. Но она, яростно сверкнув глазами, демонстративно обошла его автомобиль и перешла дорогу на другую сторону улицы.
Мой собеседник признался, что впоследствии он не раз, внутренне вздрагивая, вспоминал этот полный возмущения взгляд, предостерегающий, мол, даже не вздумай подходить ко мне!
«Говоря как есть, я совершил подлость, — заявил он мне в концовке рассказа. — Понятно, то, как я до этого развлекался с другими женщинами, это тоже по исламу, мягко говоря, нехорошо. Но там хотя бы с обеих сторон было «понимание момента»: мы взаимно наслаждаемся коротким эпизодом, друг другу голову не морочим, оба осознаем, чем занимаемся, и получаем что хотим. Это были примерно такие же раскрепощенные «шалуньи», как и я сам в тот период жизни.
С Наргиз совсем другое дело. Я ее просто обманул — и, конечно, в отличие от нее совсем не считал нас «без пяти минут женихом и невестой». В Талгинский лес я повез ее, как хищник утаскивает дичь поглубже в заросли, чтобы спокойно там полакомиться добычей.
Ну, и то, что я затеял позже, чтобы избавиться от нее, — это, конечно, полный «капут». Открытая подлость. С этим и живу…»
Он так подробно, в ярких красках, анализировал свои поступки, что мне не пришлось это делать за него. Он все понимает — и в выводах себя не щадит. Будем надеяться, что уроки из случившегося извлечены твердые. И ни одна женщина больше от него не пострадает.
— Об участниках той истории что-то еще известно?
— Тимур утверждает, что после совершения хаджа алкоголь и «женщины» в его жизни остались в прошлом. Живут они вдвоем с женой (той самой дальней родственницей). Обе дочери вышли замуж, старшая зимой родила ему внука.
— А Наргиз?
— О ней он ничего не знает. Ничего, кроме горечи болезненных воспоминаний…
Беседовал Альберт Мехтиханов
